#8
Corey Taylor
Снять кожу с черепа младенца и посыпать мясо толстым слоем спор плесени могли додуматься только доктора психбольницы. Именно они и воспитали нашего следующего героя.
По причине посаженности на "хоть и длинную, но не беспредельную" цепь маленький Кори мог общаться только с работниками и пациентами жёлтого дома, в который его по ошибке (вместо детского сада или крематория) отнесла мать. Именно под влиянием рассказанного местными психами он начал понимать мир и писать стихи. Позже эти стихи станут текстами великих песен, но тогда их понимали немногие. Большинство предпочитало компанию розовых слонов, а не маленького агрессивного мальчика с зеленоватой перекошенной мордой и длинными заплетёнными в дреды волосами, орущего свои бешеные стихи. А когда юный рычащий бог, плюясь на всё подряд и размахивая сделанным из лопаты мечом-двуручником, в очередной раз срывался с цепи и выходил на охоту за психами - с ним совсем все переставали хотеть дружить, прятались даже сторож, телохранитель сторожа, охранник мадридского "Писающего мальчика", латентные истероиды и прочий персонал дурдома.
Иногда главврач выезжал в город для покупки новых терапевтических средств и брал с собой начинающего поэта (жаждущего уталить гнев свежей, непсихованной кровью), чтобы отпустить его на пару часиков побродить по городу. Но чаще всего он так увлекался подобранным креативом, так желал его скорее опробовать, что забывал Кори в магазине, и тот жил там, изучая философию Ницше и тренируя лице-челюстно-орущие мышцы до следующего приезда врача. Постепенно мальчик настолько привык к этому порномагазину, что позже с радостью принял предложение пойти туда работать.
В остальном малыша воспитывали классически. На ночь орали в ухо тексты групп Pink Floyd, the Exploited, Ласковый Май, весь цикл написанных местной шизофреничкой сказок "Харри Портер" и коллекцию предсмертных записок самоубийц, крутили золотой фонд "Фильмов ужасов для психбольных", а также пугали Фредом Дёрстом и кормили гусеницами. Которых Кори даже полюбил. Плотскою любовью.
Одним ужасным солнечным днём, будучи уже здоровой скотиной,
а не малым юнцом, в поисках самых жирных и привлекательных гусениц, слегка обдолбаный (что было заметно по тому как он периодически пытался взлететь, хлопая ушами), он выполз на полянку, где какой-то подозрительный тип зафрахтовал его батрачить на мировую порноиндустрию в уже знакомом нам маленьком милом магазинчике.